Возвращение в Нурлат: эпоха единства и дружбы (часть III)

«Железка».

Гудки паровозов. Вокзал с колоколом рядом с входом в зал ожидания. Перрон. Многолюдный в часы прибытия пассажирских поездов, безлюдный ночью, местный «Арбат» по воскресным летним дням и вечерам.

Часов с десяти утра стайки ребятишек слетались сюда и, расположившись около невысокого заборчика у края платформы, с нетерпением ждали чуда. И оно всякий раз происходило. На дальнем конце бетонки появлялась волшебная фея в белоснежном халате, перед собой она толкала тележку, на которой стояла большая фляга, обложенная льдом. 

Стайки быстро превращались в длинную очередь. А румяная фея, открыв крышку фляги и достав из ящичка коробку с вафлями, две формочки, большую и маленькую, и ложку начинала творить чудо. Мороженое из фляги превращалось в белое колесико с квадратиками вафелек снизу и сверху – 10 копеек за большое, и 5 копеек – за мороженку поменьше. Сколько разных сортов мороженого за жизнь пришлось попробовать, но такого вкуса среди них не было. Это действительно было чудо!

Ближе к вечеру «Арбат» заполняли горожане постарше, начиная с 16 до 60 лет. Не в роскошных модных прикидах, не с тростями и в шляпах. 

В ситцевых и штапельных платьицах с белым воротничком да в белых рубашках и брюках, чаще всего сшитых местным «модельером» дядей Мойшей.
При первых звуках духового оркестра от танцплощадки под кленами за железнодорожным клубом перрон пустел, передав бразды правления дирижеру оркестра. 

Звуки оркестра, наигрыши баяна от татарского «пятачка», задор чарльстона с танцевальный площадки РДК где-то в вышине сливались со стуком колес и гудков дальних поездов, рождая неповторимую симфонию Жизни и Созидания.

Клубы, районный Дом культуры, Дом пионеров – кузницы талантов

Благодаря им были у Нурлата свои прекрасные артисты, гармонисты, певцы, музыканты, танцоры, и даже оркестры. В них проходили и солидные партийные совещания, и смотры художественной самодеятельности школьников, шахматные олимпиады, и новогодние карнавалы…

Но однажды в зимний морозный день распахнул свои двери кинотеатр «Родина» с широким экраном, высоким потолком и мягкими сиденьями. В просторном холле с большими окнами и пальмами за полчаса до начала вечернего сеанса звучали танцевальные мелодии.  Многие фильмы того времени остаются любимыми и до сих пор.

Кассовым сборам кинотеатра могут позавидовать сегодняшние киношники. В зале аншлаг всю неделю на каждый сеанс, пока весь город от мала до велика не посмотрит «картину», как тогда называли фильм.

Единству и сплоченности людей помогало тогда все – и общие заботы, и общие успехи, и труд, и отдых.

С вводом в действие сахарного завода у Нурлата появился новый гудок, особый, отличавшийся от привычных станционных. Плавный и мелодичный, утром и вечером, он легким облачком плыл над крышами домов, возвещая о начале и конце рабочего дня.

Был на всех и один оповещатель-репродуктор у клуба «Нефтяник». Его тоже было слышно и на самых отдаленных улицах. Именно из его «уст» мы, закончив уроки, во дворе школы узнали о первом космонавте Земли Юрии Гагарине.

Нефтяники. С появлением нового предприятия появилась и первая заасфальтированная улица, ставшая велотреком ребят Нурлата. С весны до осени «гоняли» мы по нему, мешая редкому транспорту, лихача и хвалясь новыми трюками.

Не было в Нурлате моего детства и ранней юности ни церкви с золотыми куполами, ни мечети с золотым полумесяцем. Но с 9 мая 1965 года святым местом всеобщего поклонения жителей города всех национальностей стал Солдат из камня, вставший на вечный пост в центре города. Трогательный, незабываемый момент в жизни детей и взрослых. 

Есть у времени условные границы.
Есть у памяти статистика святая.
Пламя Вечного огня, как крылья птицы.
Или бьются души, в небо улетая.
Открывали памятник солдатам
В день двадцатилетия Победы.
Полыхало солнце над Нурлатом,
Ветеранов строй – еще не деды.

Собрались от мала до велика. 
Звук «Набата» в унисон с гудками.
И глядели с каменного лика
Похоронки черными зрачками.
Он прошел сквозь едкий дым пожарищ,
По долам, окутанным туманом.
И, как самый верный друг-товарищ,
Поднимал друзей на поле бранном.

Сына, мужа, деда, батю, брата,
В полк бессмертный роты собирая,
Чтоб дойти до площади Нурлата,
В облике из камня воскресая.
Рядовой, сержант, начальник штаба,
Вся война с Солдатом рядом встала.
И печаль районного масштаба
На наречьях разных причитала.
 
Он застыл, сжав дуло автомата.
Голуби к ногам его слетали.
А на стыках поезда Нурлата
Канонадой боя грохотали.
Время плавится в горячем преломленьи.
Сколько ж Родиной таких Солдат отлито,
Чтоб звучало в сотом поколеньи:
– Не забыто, не забыто, не забыто…

На этой высокой, пронзительной ноте праздника великой скорби, преклонении перед поколением победителей, живыми и павшими, подарившим нам жизнь под мирным небом, и закончилось наше детство.

Кто-то после выпускного в восьмилетней школе перешел в одну на весь Нурлат среднюю школу №1, кто-то, уже сделав свой выбор, устроился учеником токаря на легендарный ремонтно-механический завод, а кто-то поехал получать профессию в ПТУ и техникумы. Но как бы ни сложились наши судьбы, мы оставались и остаемся сыновьями и дочерями своего Отечества.

От династии царской фамилия.
На груди комсомольский значок,
Моей юности светлой идиллия,
Мир большой, а судьбы – с пятачок.
Мамой шитое платьице школьное,
Ниже пояса шелк русых кос.
Всем талантам раздолье привольное –
Хор, спектакли, коньки, лыжный кросс.
Запарила у школы проталина,
И стихи полились ручейком.
Фотография Юры Гагарина.
Разговор по ночам с дневником.
Переписан Высоцкий с тетрадочки,
Перечитан не раз Мопассан.
И пестрят разноцветные бабочки
В аромате цветущих полян.
Не считай лепестки цвет-ромашечка, 
Выбор трудный мне мама прости.
Нецелованной юности пташечка 
Открывать горизонты лети…

Век другой. Изменилась фамилия.
И судьбы впереди с пятачок,
Только в сердце все та же идиллия,
На груди комсомольский значок…

У каждого человека есть на земле своя малая Родина – исток судьбы, не иссыхающий родник, питающий и вдохновляющий. Будь это обновленный город, или село с почерневшими домами и навсегда заколоченными окнами, они остаются самыми дорогими местами нашего детства.