В Нурлатском районе слушатели Университета Третьего Возраста познакомились с творчеством земляка — художника и скульптора Николая Синякова-Плониша. Его работы хранятся в музеях и частных коллекциях России и за рубежом.
Николай Плониш: «Я на Родине найду покой душевный»
Слушатели курса «Культура и просвещение» Университета Третьего Возраста при местном отделении ООО «Союз пенсионеров России» в Нурлатском районе на очередном занятии познакомились с творчеством известного советского художника Николая Ивановича Синякова-Плониша.
Выходец Нурлатского края
Среди имён знаменитых земляков в материалах по истории и культуре Нурлатского района часто упоминается непривычная для нурлатцев фамилия Плониш. Но, к сожалению, абсолютному большинству жителей района мало знакомы и имя, и творчество этого замечательного художника. Его талант был удивительно многогранным: он был известен в стране не только как художник, но и как замечательный скульптор, мастер по созданию изделий из гжели и хрусталя.
Николай Плониш родился в 1936 году в деревне Средняя Камышла. Жители старшего поколения нурлатцев помнят Николая Ивановича прежде всего как начинающего скульптора и художника-оформителя. Во время творческой работы над серией «Поэма нашего края» в 60–70-е годы он выполнил на холсте десятки плакатов и портретов В. И. Ленина и К. Маркса. Его руками были созданы памятники В. И. Ленину около городской школы № 1 и возле элеватора, барельефы и бюсты Ленина в сёлах Средняя Камышла, Вишнёвая Поляна и Тюрнясево.
Он также создал памятники землякам — Героям Советского Союза: Николаю Синдрякову (дер. Старые Челны), Анатолию Кузнецову (дер. Кар Гора) и Николаю Козлову (дер. Тимерлик), а также памятники воинам-землякам, погибшим в годы Великой Отечественной войны, в населённых пунктах района — Аксумле, Бурметьево и Старых Челнах. В деревне Степное Озеро он соорудил памятник М. Джалилю, а в микрорайоне сахарного завода, в сквере, — скульптурную композицию «Мир — всей планете».
Не такой, как все
С огромным интересом присутствующие слушали рассказ преподавателя Дании Сибгатовой о непростой жизни и творчестве художника Николая Плониша. У него были годы подъёма и спада, признания и непонимания. Нелегко складывались его отношения и с земляками. Он не вписывался в общие правила: подолгу бродил по лесу, сидел на лугу, в поле, у реки, любил природу в её первозданном виде. Он не находил душевного покоя, постоянно с кем-то конфликтовал, любил свободу и не терпел нравоучений — прежде всего от тех, кто «учил» его творить, критиковал его за своеобразные картины, просто за то, что он был «не такой, как все».
Он даже одевался не так, как все: светлый длинный плащ, светлый костюм, светлые или яркие рубашки и галстуки, непременно шляпа или иной головной убор, какой обычно «не носят в деревне», почти всегда в туфлях. Худощавый, небольшого роста, с длинными волосами, часто собранными «в хвост», порывистый в движениях, он всегда говорил эмоционально и почти скороговоркой, волнуясь и запинаясь, подыскивая слова, чтобы донести до окружающих своё философское видение жизни.
Признание
«Подлинный художник не имеет национальности, он принадлежит народу», — так выразился однажды художник в разговоре с журналистами. И он, наверное, знал, о чём говорил.
Поиски творческого пути приводили художника и в Гжель, и в Гусь-Хрустальный, и в Ульяновск, и во Владимир, и в Чебоксары. Но даже в свои 50 лет он всё ещё не получил того всеобщего признания, о котором мечтает каждый мастер. Были картины — светлые, добрые, искренние, но широкой публике они не были известны.
Яркая звезда художника Плониша зажглась в одночасье в Москве. Одна из его картин до глубины души поразила Сергея Михалкова — автора российского гимна, и по его рекомендации в 1986 году в Москве была организована выставка работ нашего земляка. Именно с этой выставки и началось настоящее признание таланта художника.
В книге отзывов о выставке — искренние слова восхищения таких известных гостей, как Сергей Михалков, Андрей Вознесенский, Игорь Шкляревский, Михаил Шатров, известная писательница Мария Прилежаева и другие. Картины демонстрировались на многих выставках: с ними можно было ознакомиться и в Московском Доме литераторов имени Александра Фадеева, и в издательстве детской литературы.
«Моя душа рвётся в Среднюю Камышлу»
Фамилия Плониш «досталась» художнику от жены, которая была родом из Прибалтики. Они прожили недолго, но на всю жизнь сохранили хорошие отношения. Их дети всегда рядом с ним: сын Станислав — художник, а дочь Юлия — балерина. Они пригласили отца в Воронеж, где сами жили и работали.
Воронеж встретил Николая Плониша «с распростёртыми объятиями»: ему дали большую благоустроенную квартиру и огромную мастерскую в центре города. В 1993 году на Свердловской киностудии о нём был снят фильм «Свет и тепло». Казалось бы, живи и работай. Но что-то опять не устраивало художника. Он всё чаще и чаще на продолжительное время ездил в родные края и уже не мог жить вдали от родных мест. Он сам рассказывал, что как только весной слышал журавлиный крик в небе, терял покой и сердце его звало в дорогу, на малую родину. С возрастом ностальгия становилась всё сильнее.
«Душа моя рвётся в Среднюю Камышлу, где я получаю мощный заряд на продолжительное время», — говорил Николай Иванович.
Несмотря на то, что Плониш знал и дружил со многими выдающимися и знаменитыми деятелями культуры и искусства, он, безусловно, не был человеком публичным. Ушёл из жизни он тоже незаметно, как обычно говорят, «скоропостижно», в 68 лет. Его сердце перестало биться в родной деревне Средняя Камышла.
Наследие
Сегодня десятки картин художника хранятся в фондах музеев России, десятки его работ занимают почётные места в частных коллекциях известных работников культуры и политиков. Актёр М. Ульянов приобрёл несколько его картин, как и писатели М. Шатров и М. Прилежаева, поэты С. Михалков, Р. Рождественский и А. Вознесенский. Есть они и в семье М. Горбачёва. Шесть его работ хранятся в фондах Регионального музея истории г. Нурлат и Нурлатского района.
Немало его картин «выехало» за пределы России, в том числе в Грецию, Германию, Америку, Францию, Голландию и другие страны. А в середине 1980-х годов, например, венгерский консул «умудрился» вывести из Ленинграда на родину пятнадцать работ Плониша! А ведь они в основном были больших размеров — высотой до 2–2,5 метров.
Связующая нить поколений
Среди слушателей курса «Культура и просвещение» были и родные племянницы Николая Ивановича — Ольга Семёновна Чеботарёва и Светлана Леонидовна Назарова.
«Мы очень благодарны возможности услышать столько информации о нашем близком человеке. Мы знали его живым и гордимся им по праву. Моя мать — родная сестра Николая Ивановича — была старшей в семье, и ей с матерью пришлось приложить немало сил, чтобы семья выжила в тяжелейшие военные и послевоенные годы», — делится Светлана Леонидовна.
Ей вторит и Ольга Семёновна: «Мой отец — Семён Синяков — брат Николая Ивановича, тоже был художником и фотографом, жил в посёлке сахароваров. Они оба смотрели на мир глазами творческих людей. Очень бы хотелось, чтобы нурлатцы знали и помнили имя своего земляка. Нельзя обрывать такую тонкую нить, которая связывает нас всех со столь талантливым человеком, чьим наследием мы должны гордиться и сохранить его для будущих поколений».
Автор: Дания Сибгатова
Нет комментариев